• ВОСКРЕСЕНИЕ: долгожданный московский концерт "Сотворю тебе мир...".
  
  Концертное агентство «Мельница» представляет долгожданный московский концерт группы «ВОСКРЕСЕНИЕ» «Сотворю тебе мир…»
  
  5 февраля в 19.00 во МХАТе на Тверском бульваре
  
  После выхода нового альбома «Не торопясь» и презентации новых песен в концертном зале «Дружба» в марте 2003 года, группа «Воскресение» намеренно не давала больших концертов в Москве. У легендарной рок-группы изменился состав: «Воскресение» покинули бас-гитарист Евгений Маргулис и барабанщик Михаил Шевяков, и им на смену пришел известный московский барабанщик Алексей Коробков и басовая примочка, на которой играет Андрей Сапунов.
  Алексей Романов, Андрей Сапунов и Алексей Коробков репетировали новую концертную программу, половину которой составили уже понравившиеся публике песни с нового альбома «Не торопясь», а половину – старые, всеми любимые хиты, исполнявшиеся еще на исторических хипарских сейшенах 80-х. Всю осень 2003 года группа «Воскресение» провела в гастрольных турах по регионам для того, чтобы хорошенько «обкатать» новую концертную программу, которую она представит 5 февраля во МХАТе.
  
  Для долгожданного концерта МХАТ был выбран не случайно: с точки зрения лидера «Воскресения» Алексея Романова - МХАТ – одна из лучших концертных площадок Москвы на сегодняшний день, хорошо звучащий театральный зал, созданный специально для служителей Мельпомены и всяких действ.
  «МХАТ – это праздничное место, - говорит Алексей в предвкушении предстоящего концерта, - театральная площадка всегда настраивает особым образом. Театр начинается с вешалки» – это не обычный рок-концерт. Гардероб, номерок, фойе, буфет, бархатные кресла, профессиональный свет, грамотная акустика - все это настраивает зрителя начиная со входа в театр. Но, самое главное, там на сцене наиграно – как в храме намолено. Ты выходишь на сцену - все гаечки подтянуты, голова холодная, сердце горячее – ты сам похож на хорошо настроенный и разыгранный инструмент. В этот момент открываются невидимые акустические и энергетические поры: площадка сама начинает звучать и буквально помогает тебе играть и играет сама. Театр - это место, спроектированное специально для работы со звуком, в отличие от, например, дворцов спорта, где играешь как в цистерне: через несколько секунд после удара к тебе прилетает звук «бочки» и сбивает ужасно.»
  
  У группы «Воскресение» - пора творческой зрелости и к концерту Алексей Романов готовится сосредоточенно: «Нужно сделать все шаг за шагом так же как опытная хозяйка готовит – всего в меру и вовремя. Я смотрю на молодых музыкантов, которым по фигу, попадают они в ноты или нет, и понимаю, что когда-то я и сам был такой. Я прекрасно помню, как я заканчивал соло и не мог вспомнить, куда я положил слайд. Раньше я часто ловил себя на огромном количестве неосознанных действий во время концерта. Бывало, начинается куплет и надо петь, а ты этот момент прощелкал, - смеется Алексей, - и сейчас я смотрю на молодых и ловлю их на том же самом, понимаю, что они ничему не учились, точно так же как и я.»
  
  5 февраля во МХАТе группа «Воскресение» покажет новую программу. Сейчас уже можно сказать об успехе альбома «Не торопясь»: пластинка продалась и постоянно продается с допечатками тиража. На гастролях новые песни подпевают всем залом. Конечно, публика заметит перемены в составе группы: «Люди из зала будут кричать: «Где Маргулис?», - улыбается Романов. - Это те же самые люди, которые обычно кричат: «Бабу давай» - они приходят на концерты, чтобы покричать. Обычно мы показываем на басовую педаль, которая лежит на полу, и говорим, что «вот Женя лежит». Мы играем двухчасовую программу с очень большим воодушевлением и играли бы еще, но существует внутренняя сдержанность, надо вовремя уйти со сцены. Какой у группы жизненный этап? Не мое это дело описывать жизненный этап, потому что за подобные слова я от судьбы потом получаю по губам. Смена состава заставила нас подходить к программе еще более профессионально, мы в состоянии работать длинные туры, преодолевая немочи, простуды, бодуны, моральное опустошение. Определенная вершина группой «Воскресение» уже достигнута, и теперь надо спускаться с горы и забираться на другую гору - на это у нас отпущено еще какое-то количество времени, о котором мы ничего не знаем.
  
  У нас достаточно ощутимо различие между альбомной и концертной версиями песен. На студии есть соблазн накрутить всего, что только можно, и есть более широкие технические возможности, чем на концерте. Что немаловажно: в студии отсутствует зал, который участвует в процессе как целый оркестр, и помогает во всем, что ты делаешь на сцене. На студии ты оказываешься в какой-то герметичной среде, где все время кажется, что тебе чего-то не хватает, что ты чего не доделал. Начинаются эксперименты с удваиванием гитары, вокала, потом приглашается какой-нибудь дружок поиграть на клавишах. И все время кажется, что музыки маловато. Мы с Андреем любим копаться долго-долго внимательно прослушивать фонограмму и улучшать, улучшать, улучшать ее. В этом нет никакого занудства, это совершенно нормальный художественный процесс – хочется делать рок-н-ролл без лажи, чтобы было кристально чисто. Когда чисто, нужно не так много звуков: самое главное - это человеческий голос. Вообще, важнее человека в жизни нет ничего, все остальное – сон, и только человек существует реально. 
  
  У нас всегда все происходит наоборот – все не так как положено. Когда мы решили писать новый альбом, мы понимали, что нужно как-то вновь заявить о группе «Воскресение». Мы подбирали нормальный материал, а ведь с репертуаром сейчас у всех проблемы. Обкатанный на концертах материал, принесенный на студию, требует изменений – на студии может поменяться все - вплоть до темпа и тональности. Для меня вся основная работа происходит на студии: ни разу не было так, чтобы я принес готовые аранжировки и не убедился именно на записи, что есть варианты получше, которые мне интересно увидеть внутренним взором и услышать внутренним ухом. Я хорошо знаю за собой одну привычку: перед записью вокала я могу встрепенуться и переписать текст набело – родить окончательный вариант - это как на лыжах - надо подойти к краю и заставить себя поехать: в этот момент ты сосредоточиваешься. На студии я всегда пою с небольшой охотой - не завожусь, не понимаю, для кого я пою, для чьих горящих глаз. На концерте мне проще, даже если я не очень здоров, я буквально вылечиваюсь энергетическим взаимообменом.
  
  Творческая зрелость и контакт с более молодыми музыкантами – это отдельная тема. В свое время в 1993 году, мы познакомились с Андрюшей Кобзоном – он пришел к нам играть на барабанах – тогда ему было 18 лет, и разница между нами была больше 20 лет. Я не ощущал абсолютно никакого дискомфорта, мне было интересно с ним, потому что он только–только приехал из Калифорнии, знал какие-то вещи, которые я не знаю, и не узнал бы никогда, не будь с нами Андрея. Возрастного барьера между профессиональными музыкантами на самом деле не существует. Если бы у меня был опыт преподавательской работы, я бы умел выстраивать дистанцию, когда это необходимо, а я не чувствую необходимости в этой дистанции.
  
  С возрастом все гитаристы, которых я знаю, переходят на акустику: у акустической гитары звучание сдержаннее, но тембр богаче. На акустике, как на скрипке надо играть только при помощи самого себя, и, в ограниченных, казалось бы, выразительных средствах, находится масса нюансов. С акустикой звучание группы делается тоньше за счет того, что акустическая гитара имеет объем и тонкую деку, ее звучание динамически легче и теплей. Основную часть программы во МХАТе мы будем играть на акустиках, но пару самых громких песен я сыграю на электрогитаре. Забавно, но музыку на концерте на 70% воспринимают глазами, поэтому, когда ты выходишь с электроакустической гитарой – все ее воспринимают как акустику, а если электрогитара звучит при помощи приборов как ленинградская 12-ти струнка, все всё равно воспринимают ее как электрическую.
  
  Что касается любимой гитары… В свое время ленинградская 12-ти струнка сформировала русский рок именно за счет своего звучания. Это была огромная «гитарища», которая в отличие от фирменного аналога имела звуковый спектр целого оркестра, как аккордеон или фортепиано. Под нее очень хорошо сочинялось и громко пелось в компаниях. Жаль, что ленинградские 12ти струнки почти все погибли. Сейчас у меня нет коллекции гитар – дома только те инструменты, на которых я постоянно играю – 2 акустики, и 2 электро - Gibson Les Paul и старенький Fender.
  
  Оказавшись на театральной сцене, всегда испытываешь искушение сделать какие-то постановочные штучки. Но чаще всего нет времени, чтобы сделать что-то глобальное. «Сотворю тебе мир…» - это - осмысленная концертная программа, в которой песни соединяются между собой мыслями. Я хочу разбить ее на несколько крупных блоков и поиграть с профессиональным театральным светом, с которым так редко удается выступать. Каждому блоку мы придадим обаяние с помощью света – у нас уже были подобные эксперименты, когда мы выступали с группой «Фламенко» в «Геликон-опере».
  
  В партере я хотел бы увидеть молодых людей - мне нравится общаться с молодежью, а солидным людям всегда неудобно отрываться при молодежи. Недавно я был на шоу Полунина – у него в партер сидели очень солидные люди, а как только их полили водичкой во время шоу, все сразу развеселились. Я думаю, что нам надо тоже полить партер, … духами, например. Купить целое ведро «Chanel № 5» и на концерте облить им весь партер».
  
  Источник информации: Концертное агентство «Мельница». Автор: Светлана Гудеж.

CopyRight © 2001 - mNews.Ru При использовании ссылка на mNews.Ru обязательна.